Театр Логрус Teatteri Logrus — Молодёжный театр Nuorisoteatteri

Интервью с Сергеем Сивульским о моноспектакле “Новеченто”
В преддверии премьеры моноспектакля «Новеченто», где история разворачивается голосом одного человека, мы поговорили с актёром театра “Логрус”, который исполняет роль рассказчика — трубача — в постановке по знаменитому произведению Алессандро Барикко «Новеченто». Он рассказывает о своей роли, подходе к работе и о том, как театр изменил его жизнь.
– Это трубач всё рассказывает? Историю, которая с ним когда-то произошла? Если бы вам нужно было описать рассказчика — как бы вы его охарактеризовали?
– Я играю роль рассказчика — Трубача. Не могу сказать, что полностью себя с ним ассоциирую, но вживаюсь в его образ. Это обычный человек, не герой, не идеализированный персонаж. Когда-то он работал на корабле — как многие музыканты, которых жизнь заносит в разные порты. Шесть лет он провёл на борту, играл, жил, дружил, а потом сошел на берег. И вот теперь он рассказывает историю, которая с ним произошла, — историю о человеке по имени Новеченто, пианисте, который всю свою жизнь провел на корабле, ни разу не ступив на сушу. Вся пьеса — это рассказ Трубача, его взгляд на судьбу этого уникального человека.
— А сам Новеченто? Как вы интерпретируете его судьбу?
– Судьба у него необычная. Именно этим она и цепляет — она выходит за рамки обычного человеческого опыта. Я не уверен, случалось ли что-то подобное вообще.
Новеченто прожил жизнь, полностью замкнутую в пространстве корабля. Для него этот мир был безопасным и понятным, а когда перед ним открылся новый мир — огромный, бесконечный и пугающий, — он просто не смог туда шагнуть. Я вижу в этом глубокую метафору человеческой природы. Мы все живём в своих «кораблях» — в привычных обстоятельствах, в своем уютном мире, и иногда страх перед неизвестностью оказывается сильнее желания что-то изменить.
— То есть, это страх нового?
– Это как с животным, выросшим в клетке: открой перед ним двери, покажи свободу — он не выйдет, потому что свобода непонятна. Для Новеченто корабль стал всем его миром. Его обыденная жизнь стала для него настолько привычной , что он просто не смог существовать вне корабля. Зрителю это может показаться трагедией, но для Новеченто это был естественный выбор.

– Вы сами когда-нибудь оказывались в похожей ситуации, когда приходилось выходить из зоны комфорта?
– Конечно, у каждого бывают такие моменты. У меня перемены вызывают скорее интерес. Меня бодрит выход из привычного состояния. Когда ты преодолеваешь себя, делаешь шаг в неизвестность, а потом видишь результат — понимаешь, что это было важное решение. Если бы ты остался на месте, ничего бы не изменилось. А жизнь, по сути, и есть движение, преодоление, риск.
– Какой совет вы бы дали Новеченто, если бы могли?
– Думаю, что никакого. Он прожил свою жизнь именно так, как хотел. И, как ни странно, это была счастливая жизнь. У него не было сожалений. Он не нуждался в чужих советах. Он сделал то, что посчитал правильным — и умер, на мой взгляд, счастливым человеком.
Для нас его судьба может выглядеть грустной — ведь он не узнал другой мир. Но ведь он не знал, что этот “другой” мир вообще существует в ином качестве. Для него корабль был вселенной. Это его дом, его сцена, его публика, его музыка.
— В постановке важен момент прощания трубача и Новеченто. Почему трубач не остановил его?
— Мы с режиссёром много говорили об этом. Я думаю, это была дружба, основанная на уважении. Трубач мог бы схватить его, попросить охрану вытянуть, но… имел ли он право? Если человек не может и не хочет жить в другом мире — зачем же его туда тащить? Уверен, это было огромной трагедией в жизни трубача, но он всего лишь позволил случиться тому, что должно было случиться.
— Вы говорите, что не ассоциируете себя ни с одним персонажем. Тогда как вы готовитесь к роли?
– Да как и все, наверное, все начинается со сценария. Фильм я смотрел ещё в конце девяностых, когда он только вышел, и почти забыл о нём. Когда впервые прочитал пьесу, история показалась мне знакомой. Потом пересмотрел фильм еще раз и осознал, насколько он глубокий.
Моя задача — найти опору в тексте, в режиссуре, в чувстве истории; передать голос рассказчика, его интонации, его внутреннюю теплоту, с которой он вспоминает друга.
С режиссером мы много работаем над деталями: обсуждаем, почему персонаж поступает так, а не иначе. Мы разбираем каждую сцену, каждую эмоцию, иногда спорим, но это важно. Всё, что проговаривается, остаётся внутри. Потом это превращается в органику роли. Сначала просто читаешь, потом начинаешь репетировать — и постепенно становишься этим человеком.
– Вы ведь не профессиональный актер? Чем вы занимались до этого и как пришли в театр?
– Да, я новичок в театре — всего два года. Параллельно я еще певец и музыкант, хотя всегда был скромным и застенчивым. Именно желание преодолеть застенчивость привело меня в театр. Я понял, что сцена — это сейчас лучший способ для меня работать над собой.
По образованию я горный инженер, шахтёр, из Донецка. Никогда не работал по профессии. Всю жизнь занимался чем-то другим — торговлей, строительством. А театр стал моим способом перерождения.
– Что для вас значит театр сегодня?
– Театр для меня — место, где я чувствую жизнь во всей её полноте. Здесь ты можешь делиться собой и получать отдачу от зрителя. Это своего рода обмен энергетикой. Все артисты получают удовольствие, когда зрителю нравится их игра, а если не нравится — значит нужно повышать свой профессионализм.
Театр — это не только искусство, это способ понимать себя и других. Это разговор с миром через эмоции.
— Как вам кажется, нужен ли сегодня театр? Особенно молодёжи?
— Есть актеры, есть зрители, есть театр. Этим все сказано. Кто хочет — тот придет. Молодёжи, конечно, меньше, но это нормально: в молодости голова занята другим — спортом, гулянками, интернетом. Театр — для тех, кто уже начинает смотреть глубже. Хотя и немало молодых людей, которые понимают многое раньше других.
– Что бы вы сказали людям, которые хотят прийти в театр, но боятся — например, из-за стеснительности или неуверенности?
– Нужно просто сделать первый шаг. Как прыжок с парашютом: страшно, пока стоишь у открытой двери самолёта. А когда выпрыгнул и летишь — тогда уже не страшно. Иногда нужно, чтобы кто-то подтолкнул. Так тоже бывает. Бояться нечего. Театр — это место, где ты можешь быть собой, но при этом стать кем-то ещё. Это потрясающее чувство свободы.
Беседовала Адриана Иванова
12.08.2024

Show less